Выборы Президента Башкортостана в 1998 году: от коллизий к фарсу

Выборы Президента Башкортостана в 1998 году: от коллизий к фарсу

1998 год в Башкирии прошел под знаком выборов главы республики. Срок полномочий избранного в декабре 1993 года Президента Муртазы Рахимова истекал в конце 1998 года. Однако предвыборная борьба развернулась уже в первой половине 1997 года.

9 апреля 1997 года Государственная Дума Российской Федерации обратилась в Конституционный Суд РФ с запросом о соответствии Конституции России законов Респуб­лики Башкортостан «О Президенте Республики Башкорто­стан» и «О выборах Президента Республики Башкорто­стан». Оспаривались положения указанных нормативных актов, которые устанавливали ряд специальных требований к кандидатам на должность Президента Республики Башкортостан. В частности, речь шла о норме, предусмат­ривающей в качестве условия для регистрации кандидата знание башкирского языка.

Особенностью языковой ситуации в Башкортостане является то обстоятельство, что башкирский язык не имеет статуса языка государственного. В сущности, это обусловлено соотношением численности основных этнических групп в республике: башкиры составляют всего 21 % населения, русские — 39% , татары — 29% . При этом 5% башкир счи­тают своим родным языком татарский, и лишь 0,05% русских владеют башкирским языком. В подобной ситуации требование о двуязычии, предъявляемое к кандидатам на должность Президента, фактически означает, что должность главы республики реально может занять лишь представитель «коренной» национальности и то далеко не каждый. Ведь часть башкир, особенно проживающих в городах, башкирским языком не владеет.

Обращение Государственной Думы в Конституционный Суд РФ вызвало болезненную реакцию в органах государ­ственной власти Республики Башкортостан. Не остались в стороне и политики некоторых других регионов. В частности, Государственный Совет Республики Татарстан принял заявление, в котором отметил, что «в стремлении Государствен­ной Думы России отменить нормы Конституции и законов Республики Башкортостан, направленные на обеспечение государственного статуса языка, давшего название республике, просматривается тревожная тенденция к строитель­ству России как унитарного государства».

21 октября 1997 года был опубликован Кодекс Респуб­лики Башкортостан «О выборах», которым регулируются все избирательные процедуры — от выборов депутатов сельских советов до выборов Президента республики. Кодексом предусматривается, что для выдвижения кандидата в депутаты необходимо собрать определенное количество подписей в его поддержку — 2% от числа избирателей, проживающих в соответствующем избирательном округе. От унаследован­ной еще от советской эпохи нормы о выдвижении кандидатов «трудовыми коллективами» Кодекс отказался. Существенно был увеличен срок проведения кампании по выборам Президента Республики Башкортостан. В отличие от установленной прежним законом продолжительности в 30 дней, на предвыборную президентскую кампанию, согласно новому Кодексу, отводится три месяца. Для выдвижения кандидата в Президенты Республики Башкортостан необходимо собрать 57 тысяч подписей избирателей в его поддержку (согласно прежнему закону — 100 тысяч подписей). Впрочем, норма, требующая от кандидата в Президенты республики знания башкирского языка, в Кодексе осталась.

Конституционный Суд РФ, рассматривая 11 марта 1998 года запрос Государственной Думы, сосредоточил внимание именно на этой норме. Участвовавшие в заседании Консти­туционного Суда Председатель Государственного Собрания Республики Башкортостан Михаил Зайцев и председатель республиканского Конституционного Суда Ирек Муксинов привели следующие аргументы в ее защиту: 1) уважение к «коренному народу» республики должно проявляться в знании его языка; 2) башкирский язык фактически является в республике государственным, так как соответствующие акты были приняты еще в 20-е годы и никем не отменялись; 3) закон о выборах Президента, предусматривающий требование, связанное со знанием башкирского языка, был при­нят еще пять лет назад и для изучения языка у желающих возглавить республику времени было достаточно; 4) данное требование фактически коснется лишь нескольких десят­ков человек, поэтому нельзя говорить о нарушении изби­рательных прав граждан; 5) данное требование является в условиях Башкортостана квалификационным для каждого кандидата на должность Президента.

Представитель Президента РФ в Конституционном Суде Сергей Шахрай указал на то, что государство имеет право придавать одному или нескольким языкам статус государ­ственного, но никто не вправе в связи с этим ограничивать избирательные права граждан Российской Федерации.

Не дожидаясь оглашения решения Конституционного Суда РФ, 13 марта 1998 года Государственное Собрание Республики Башкортостан назначило выборы главы Рес­публики на 14 июня 1998 года. При этом республиканский парламент дал указание избирательной комиссии (избиркому) Республики Башкортостан руководствоваться в своей работе исключительно Кодексом Республики Башкортостан «О выборах», иными словами, решать возможные коллизии на основе преимущества законодательного акта субъекта Российской Федерации перед нормами федеральных законов. Назначение досрочных президентских выборов мотиви­ровалось следующими аргументами: «народ привык голосовать летом», двух предвыборных кампаний в течение полугода(в марте 1999 года должны состояться выборы нового состава Государственного Собрания) бюджет республики не выдержит, потенциальные инвесторы нуждаются в скорейшем «прояснении» политической ситуации в Башкорто­стане.

Между тем подобных оснований закон не предусматривает. Согласно республиканскому законодательству, досрочные выборы проводятся в случаях: смерти Президента, его добровольной отставки, отрешения его от должности. На это обстоятельство обратили внимание депутаты Государ­ственной Думы (от фракции Коммунистической партии Российской Федерации) — руководители компартии Башкорто­стана Валентин Никитин и Ринат Габидуллин. Решение Госу­дарственного Собрания о досрочных выборах они оспорили в судебном порядке. Кировский районный суд г.Уфы и Верховный Суд Башкортостана жалобу депутатов не удовле­творили. В июле жалобу В.Никитина и Р.Габидуллина рассмотрел Верховный Суд РФ, который отменил предыдущие судебные решения и направил дело на новое рассмотрение. Однако на проведение досрочных выборов данное судебное решение уже не повлияло.

В числе наиболее известных претендентов на пост Президента Республики Башкортостан, шансы которых на выход во второй тур рассматривались как достаточно серьезные, были (помимо действующего Президента М.Рахимова) депутаты Государственной Думы Российской Федерации Алек­сандр Аринин и Валентин Никитин, бывший премьер-министр, а ныне директор крупного завода резинотехнических изделий М арат Миргазямов, финансист, соперник М.Ра­химова на выборах 1993 года Рафис Кадыров. А.Аринин, В.Никитин, Р.Кадыров и М.Миргазямов в своих предвыбор­ных заявлениях выступали с критикой М.Рахимова. Заявили о своих намерениях зарегистрироваться в качестве кандидатов и еще несколько человек, в республике малоизвестных, среди которых и министр лесного хозяйства Риф Казаккулов, который с самого начала рассматривался как «дублер» М.Рахимова, необходимый для обеспечения альтернатив­ности, поскольку законом запрещено проведение выборов с участием одного кандидата.

Сбор подписей в поддержку кандидатов был связан с большими организационными трудностями, обусловленными как законодательством, так и действиями властных структур.

С самого начала выборной кампании оппозиционные кандидаты испытывали на себе давление. 28 марта в райцентре Чекмагуш сотрудники милиции воспрепятствовали работе лиц, собиравших подписи в поддержку А.Аринина и М.Миргазямова. В течение трех часов члены инициативной группы находились в отделении милиции, потом их обязали написать объяснительные на имя начальника РОВД и осво­бодили, отобрав при этом все подписные листы. Тем не менее, к 20 апреля 1998 года сбор подписей в поддержку А. Аринина был закончен. Всего в 20 городах и 35 сельских районах было собрано около 100 тысяч под­писей.

23 апреля 1998 года представители А.Аринина первыми представили подписные листы в избирательную комиссию Республики Башкортостан. Вскоре после этого, 27 апреля, Конституционный Суд России принял постановление, со­ гласно которому незнание башкирского языка не может служить основанием для отказа в регистрации кандидатов на президентский пост. Можно предположить, что поста­новление Суда повлияло на позицию республиканской избирательной комиссии: во всяком случае последняя, решая вопросы о регистрации кандидатов, фактически не обращала внимание на знание ими башкирского языка и к соответ­ствующей норме Кодекса «О выборах» не обращалась.

29 апреля республиканская избирательная комиссия вынесла решение о регистрации А.Аринина в качестве кандидата на пост Президента. Решение состояло из двух проти­воречащих друг другу пунктов, в первом из которых говорилось о регистрации А.Аринина, а пунктом вторым Мини­стерству внутренних дел республики поручалось провести дополнительную проверку подписных листов в поддержку его кандидатуры.

30 апреля постановление о регистрации А.Аринина неожиданно было отменено на основании того, что была нарушена процедура его принятия. Суть дела состояла в том, что согласно Кодексу Республики Башкортостан «О выборах» для принятия подобного постановления достаточно большинства голосов присутствующих членов комиссии при наличии кворума. На заседании 29 апреля присутство­вало 11 из 14 членов Комиссии, 7 из которых высказались за регистрацию А.Аринина. Но Федеральный закон «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» требует, чтобы такого рода решения принимались большинством голосов от установленного числа членов комиссии. Представляется, что в такой ситуации должна действовать норма, предусмотренная частью 5 статьи 76 Конституции РФ, со­ гласно которой «законы и иные нормативные акты субъектов Российской Федерации не могут противоречить федеральным законам, принятым» по предметам ведения Рос­сийской Федерации и по предметам совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов. В данном случае речь шла об общих принципах организации системы органов го­сударственной власти — т.е. о вопросе, относящемся к совместному ведению. Коллизия оказалась в данном случае решена на основании Конституции РФ. Избирательная комиссия Башкортостана последовала норме федерального закона — тем более что это, вероятно, укладывалось в общую логику «отсева» оппозиционных кандидатов.

Таким образом, приняв постановление о регистрации А.Аринина на основании республиканского закона, избирком на следующий день отменил его, руководствуясь законом федеральным. Однако уже вскоре, когда члены инициатив ной группы по выдвижению А.Аринина, потребовали объяснить, почему в таком случае нарушается федеральный закон, требующий вынесения постановления (о регистрации либо об отказе в регистрации) в течение пяти дней после пред­ставления подписных листов, избирательная комиссия сообщила, что руководствуется республиканским Кодексом «О выборах», дающим на проверку подписей 10 дней. Но и 3 мая, когда эти 10 дней истекли, избирательная комиссия так и не вынесла никакого решения. Однако утром 1 мая работники центрального аппарата МВД республики, многих городских и районных отделов милиции получили копии подписных листов в поддержку Аринина (в некоторых случаях — оригиналы) и срочное задание: путем обхода всех лиц, поставивших подписи, проверить подлинность последних. Результаты такой проверки, с которыми члены инициатив­ной группы в поддержку А.Аринина так и не были ознакомлены, легли в основу решения избирательной комиссии от 4 мая, которым А.Аринину было отказано в регистрации ввиду «недостоверности» 7,6% предъявленных им подписей. Число подписей, признанных действительными, было достаточным для регистрации. Однако Кодекс «О выборах» предоставляет избирательной комиссии уникальные возможности по «отсеву» неугодных кандидатов: основанием для отказа в регистрации служит наличие 3 (и более) процентов подписей, признанных недействительными. То, что в подписных листах остается достаточное количество действительных подписей, юридического значения уже не имеет. Разумеется, данная норма противоречила соответствующим положениям федерального закона, но тут уже избиркому было выгодно решить коллизию на основе законодательства субъекта Российской Федерации.

Решение избиркома незамедлительно было обжаловано в Верховный Суд Башкирии. Согласно упомянутому Кодексу «О выборах», жалобы на отказ в регистрации должны рас­сматриваться судом в течение трех дней. Однако в данном случае суд предпочел воспользоваться нормой федераль­ного закона, которая допускает десятидневный срок рас­смотрения подобных жалоб. В удовлетворении жалобы было отказано, и А.Аринин обратился в Верховный Суд РФ, который своим решением от 3 июня 1998 года обязал избира­тельную комиссию Республики Башкортостан зарегистрировать А.Аринина.

5 июня решение Верховного Суда РФ формально было выполнено. Однако уже на следующий день, 6 июня, избирком аннулировал регистрацию А.Аринина, поводом к чему (нужно сказать, совсем уж неубедительным) послужило отсутствие у А.Аринина избирательного фонда для финансирования предвыборной агитации. На сей раз избирком решил воспользоваться нормой Федерального закона, которая разрешает кандидату образовывать избирательный фонд сразу после выдвижения своей кандидатуры. Напротив, Кодекс Республики Башкортостан «О выборах», как и инструкция избиркома, устанавливает, что такой фонд создается только после регистрации кандидата. Кандидат А.Аринин выполнил требование закона Башкортостана и тут же был за это «наказан». Он вынужден был вновь обратиться в суд. Но 13 июня, за день до выборов, Верховный Суд Республики Башкортостан подтвердил решение избираемый.

Аналогичным образом развивались события в связи с регистрацией Марата Миргазямова. На проверку его подписных листов также были брошены силы сотрудников МВД. В качестве основания для отказа в регистрации его кан­дидатуры избирком использовал рапорты милиционеров о недостоверности, якобы, 10 тысяч подписей избирателей. Верховный Суд Башкортостана на 14-й день после подачи жалобы подтвердил решение избиркома. М.Миргазямов также обратился в Верховный Суд РФ, решением которого от 8 июня 1998 года избирком обязывался зарегистрировать кандидатуру М.Миргазямова. Формально выполнив решение Верховного Суда РФ, уже на следующий день избирком принял решение отменить регистрацию М.Миргазямова под предлогом допущенных им нарушений в финансировании кампании. 13 июня Верховный Суд Башкортостана отказал М.Миргазямову в удовлетворении его жалобы на решение избиркома.

В результате к выборам были допущены лишь два кандидата — М.Рахимов и Р.Казаккулов. И у того, и у другого в ходе проверки подписных листов избирком признал недей­ствительными по несколько сотен подписей (создавая, вероятно, видимость объективности), но никаких дополни­тельных милицейских проверок не предпринимал. Другие кандидаты, кроме названных, собрать нужное количество подписей в свою поддержку в срок не смогли.

Маневры республиканских властей не остались неза­меченными избирателями. В ходе проведенного с 28 мая по 1 июня 1998 года общереспубликанского социологического исследования (всего по республике было опрошено 1 205 респондентов по репрезентативной выборке) ответы изби­рателей на вопрос «Как Вы отнеслись к тому, что избирком Республики Башкортостан отказал в регистрации в качестве кандидатов на должность Президента Республики Башкор­тостан А.Аринину и М.Миргазямову?» распределились следующим образом: 29,5% опрошенных заявили, что они возмущены решением избиркома Республики Башкортостан, так как уверены, что это сделано специально, чтобы не допустить участия этих кандидатов в выборах; 7,5% опрошенных считают решение избиркома Республики Башкортостан несправедливым, но принятым в соответствии с законом, поскольку подписи за этих кандидатов собирались с много­численными нарушениями; 6% опрошенных одобряют решение избиркома; 24% опрошенных затруднились определить свое отношение к факту отказа Аринину и Миргазямову в регистрации.

Выборы 14 июня прошли при достаточно высокой ак­тивности избирателей. Из 70% граждан, имеющих право голоса и принявших участие в выборах 70% , согласно официальным данным, проголосовали за М.Рахимова, 9% — за Р.Казаккулова, 17% — высказались против обоих кандидатов. Обращает на себя внимание высокий уровень голосования «против всех», особенно в городах. В Уфе «против всех» проголосовало 34% избирателей, в Салавате — 38% . Выборы отличались также низким уровнем контроля общественности за их проведением. Так, зарегистрирован­ное республиканское общественное объединение «Русь» направило на участки 120 наблюдателей, но допущены к работе были только 17 человек. Полученные ими копии про­токолов вызвали серьезные сомнения в достоверности офи­циальных итогов голосования. Во всех протоколах, полученных наблюдателями, процент голосовавших «противвсех» превышал 50.

Отказы в регистрации были обжалованы А.Арининым и М.Миргазямовым в Верховном Суде РФ, решением которого от 24 июля 1998 года соответствующие постановле­ ния избиркома Республики Башкортостан были признаны незаконными.

Государственное Собрание Башкирии отреагировало на эту ситуацию постановлением от 28 августа 1998 года, согласно которому в случае возникновения разногласий по вопросам проведения выборов в Республике Башкортостан высшей судебной инстанцией при их разрешении является Верховный Суд Республики Башкортостан. 4 сентября 1998 года Верховный Суд Республики Башкортостан приступил к рассмотрению совместной жалобы А.Аринина и М.Миргазямова на постановление избиркома, которые ссылались на решения Верховного Суда РФ от 24 июля 1998 года, а также на многочисленные факты нарушений законодательства о выборах. Удовлетворение этой жалобы могло бы создать беспрецедентную правовую и политическую ситуацию, однако вряд ли можно было бы рассчитывать на подобный исход.

Прошедшие выборы Президента Башкирии продемонстрировали широчайшие возможности использования как юридических по форме, так и откровенно неправовых средств для искажения или выхолащивания демократической сущности избирательных процедур. Одним из таких средств, безусловно, стала норма об отказе в регистрации кандидата, в случае если 3% собранных в его поддержку подписей избирателей вызывают у избирательной комиссии сомнения.При этом кого и как проверять, избирком решает, руководствуясь лишь собственными представлениями и интересами. Факты беспрецедентно широкого привлечения властями силовых государственных структур, прежде всего респуб­ликанского МВД, к контролю за волеизъявлением граждан на различных этапах избирательного процесса, разгром специальными отрядами милиции избирательных штабов неугодных кандидатов превратили выборы по сути дела в фарс.

Массированное наступление на права и свободы граждан в Башкортостане в период подготовки и проведения президентских выборов, обусловлено, прежде всего, стремлением нынешней правящей элиты сохранить за собой всю полноту власти в республике. Нужно отметить, что республиканское руководство на всех уровнях, как по вертикали, так и по горизонтали, выступило на этих выборах единой консолидированной силой. Данный «весьма удачный» пример все­дозволенности и безнаказанности власти толкает последнюю на еще более откровенное игнорирование федеральных и республиканских законов.

Население республики несколько более активно, чем прежде, проявило свое недоверие исполнительной власти и лично М.Рахимову единственно возможным правовым путем, а именно беспрецедентно высоким уровнем голосования на выборах против обоих официальных кандидатов. Этому в определенной степени способствовало участие в избирательной кампании претендентов, настроенных оппо­зиционно по отношению к правящей группировке и проводимому ею курсу. Они не смогли добиться официальной регистрации и включения своих фамилий в бюллетени для голосования, однако имели возможность открыто заявить о своей позиции в ходе предвыборной кампании. В этих условиях Верховный Суд РФ в определенной мере подтвердил свой авторитет, восстановив (по крайней мере, формально) нарушенные в Республике права незарегистрированных кандидатов.

Авторы:
Дамир Сафаргалеев — консультант аналитического центра «Лаборатория социальных исследований», Уфа;
Сергей Фуфаев — помощник депутата Государственной Думы Федерального Собрания РФ.

Источник: Сафаргалеев Д. Фуфаев С. Выборы Президента Башкортостана в 1998 году: от коллизий к фарсу // Конституционное право: восточноевропейское обозрение. 1998-1999. № 4-1. С. 90-93.

Оставьте комментарий